Как либералы за зарплатой ходили.
- Товагищи, товагищи, я вас умоляю, не толкайтесь, - закричал Сруль Моисеевич Бляхер, не выдержав натиска толпы. – Ви же не на митинге, а я таки не поц, в милицейской фогме. Ми все успеем, все будем там.
- Тамбовский волк тебе товарищ, - раздался злой голос из толпы. – Товарищи в девяносто третьем закончились. А теперь мы все – господа. А кто об этом забудет, тому будем бить по наглой, картавой морде.
Сруль Моисеевич решил, что для здоровья будет лучше промолчать, так как тон говорившего не предвещал ничего хорошего. От этого тона, у заслуженного диссидента СССР, явственно заболели зубы.
- Вот Лешенька посмотгите, какое быдло лезет в наши светлые, либегальные гяды. А все почему? – спросил Сруль Моисеевич у молодого человека, стоявшего рядом. – Не знаете? Тогда у меня есть, что вам ответить. Лезут они, из-за этого, не побоюсь данного слова, кгававого гежима,
- Кстати, давно хотел у вас поинтересоваться. Фамилия Подвальный, она досталась вам в наследство от вашего уважаемого папы? – заинтересованно спросил Бляхер.
Молодой человек не успел ответить на вопрос, так как окошко кассы открылось, и толпа подалась вперед. Сруль Моисеевич, открыл свой видавший виды кейс и достал два листка с отчетом о проделанной работе, решив еще раз его перепроверить.
От чтения его отвлек шум раздававшийся от окошка кассы.
- Это произвол. Что вы себе позволяете? Это что за гроши вы мне заплатили? Мне федералы больше платят, – верещал противным голосом, невысокой усатый мужчина. – Да я жаловаться буду. Вы еще узнаете кто такой Гамнюэль. Меня вся страна знает.
- Слышь, мужик, ты это, в Гаагу лучше иди, - раздался тот же самый голос из толпы. – Или я тебе сейчас усы повыдергиваю. Получил деньги и иди себе. Не мешай людям работать. Тут тебе на ток-шоу верещать, с тобой никто либеральничать не собирается.
Гамнюэль оглянулся, вжал голову в плечи и, бормоча под нос какие то ругательства на испанском, пошел на выход. Прежде чем покинуть помещение мужчина оглянулся, выпрямился, расправил плечи, и воинственно шевеля усами, погрозил в сторону окошка кассы кулачком. После чего, задрав нос, вышел из помещения.
Сруль Моисеевич неодобрительно покачал головой и прежде чем продолжить чтение проворчал:
- Ви посмотгите на этого субъекта. Вот из таких, нас и не любят в Госсии.
Через некоторое время, подошла очередь Бляхера. Наклонившись, он протянул кассиру слегка помятые листки с отчетами.
- Итак, что мы имеем? – начал читать кассир. – Так, пять публикаций в «Эхе Мухоранска», хорошо. Три выступления на радио, замечательно. Ежедневные посты в соцсетях от имени пенсионерки Ангелины Ивановны и дочери офицера - Машеньки . Тексты постов. Все замечательно.
Кассир поднял глаза на Бляхера и с улыбкой проговорил:
- Сруль Моисеевич, вы как всегда на высоте, не то, что некоторые. Тоже мне испанский летчик.
После чего протянул Бляхеру стопку заветных бумажек с нарисованными президентами. Сруль Моисеевич живо схватил деньги, пересчитал и улыбнувшись сказал:
- Да Богис Абгамович, ви же знаете старая школа – она такая. А ви замечательно виглядите, для покойника. Ну, не хвогать вам.
И развернувшись, пошел в сторону выхода, обдумывая тему очередной публикации…
© Рассказы дяди Вовы
Адрес записи
523
6
0
0
